Конец прошлой недели, ночь. Евгений традиционно открыл окно, чтобы проветрить перед сном комнату.
Под окнами громко ржали и вели оживленную ненормативную беседу два парня и две девушки младшего послешкольного возраста. На лавочке подле них уютно гнездились бутылочка водочки и несколько бутылочек пива. Юношество активно курило, правда каждая особь свою сигарету.
Через пару минут компания резко, в один момент, стихла, а затем началось странное - те же четыре голоса затянули церковные православные песнопения - затянули не абы как, а с расстановкой, хорошо поставленными голосами, разложенными на четыре партии. Пели не фальшивя, будто на студийной записи, только перезвона колоколов не хватало.
Первая песнь завершилась, вместо колокола звякнула разбитая бутылка. Снова понеслись ржание, мат и пьяная возня. Через минуту началась песнь вторая...
Примерно под песнь четвертую Евгений отлетел ко сну.
С неделю назад в Москву пришли настоящие холода. Рано утром Маша залезла в автобус-рефрижератор и села рядом с маленькой благовоспитанной старушкой, в черной шляпке, в пальто с крупным белым орнаментом, и не с авоськой, не с тележкой, а с вязаной сумочкой, по которой разгуливали красные шерстяные верблюды. Томика Тургенева почему-то при старушке не было.
Старушка взглянула на Машу и зашевелила губами в ее сторону, еле-еле зашелестела, так что услышать ее можно было, лишь приблизив ухо почти вплотную:
- Шшшш, шшш, минус двадцать пять! Вы только подумайте!
Маша улыбнулась и кивнула - да, очень холодно.
- Шшшш, кшшшш, прошшшшстите, по морозу совсем говорить не могу, в тепле только, а на морозе совсем не могу.
Маша снова улыбнулась и повернулась к окну, чтобы перед сном поразглядывать нарисованные на стекле елки и перья из инея...
. . .
Автобус дернулся возле очередной остановки. Маша выморгнула обратно в реальность и увидела входящую в автобус миловидную девушку без шапки.
- Шшш, нет вы подумайте! - снова зашелестела старушка, уже чуть громче и с нотками возмущения - В такой мороз! Без сшапки! Это все родители её - небось они все курят и пьют пиво!
Возле эстакады бабушка по-новой начала что-то рассказывать беззвучными губами, но половина сказанного так и не проявилась из тихого шипения.
- А представляете как бывает? Мне мама раньщше говорила: когда идешщь по улице - обернись в пол оборота! А то вдруг кто сзади идет! Может дубинкой по голове! У нас бабуля есть, представляете, днем по городу шщла, мальчищшка сзади подбежщал, ударил по уху и убежщал ...кшшш шшш .... люди добрые в парке позвали вращей, и те прищшли.
Маша вопросительно повернулась.
- Да нет, все нормально с ней, так о чем я, вчера смотрела телевизор - голос старушки стал пробиваться через шипение чуть отчетливее - смотрела я вчера телевизор, там мужчина один выступал, диктор, так вот он сказал - обязательно, обязательно, когда идете по улице, смотрите, кто за вами идет, в пол оборота! Вдруг стукнут! Вы только подумайте - мне мама шщестьдесят лет назад то же самое говорила! Один в один! Мистика! Какое совпадение ....
Маша опять уснула под тихий шелест старушки, а когда проснулась на конечной, бабуля уже успела раствориться.
В пятницу видел у ларька "Союзпечать" дедушку лет восьмидесяти. Дедушка, похожий на престарелого Фантомаса, коротал досуг с продавщицей лет на 15 моложе. Он мелко дрожал над газетой формата "Спид-инфо", тыкал сморщенным пальцем в центр пышной малоодетой блондинки и полувопросительно шамкал: "Это ж не Киркоров! Я Киркорова видел, он не такой!".
***
Сегодня с утра в метро стою в вагоне, никого не трогаю, собираюсь выходить. Рядом - бабушка божий одуванчик. Внезапно она поворачивается ко мне и говорит: "Через четыре года Вы будете работать на тракторе. Да, именно Вы!".
Одно хорошо - конец света 2012 года я переживу, у меня будет трактор, а может и коровка двуголовая.


![]() |
Вы читаете журнал Создать аккаунт в ЖЖ Подробности |